?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

памятник
На фото - спецпроект Луганск в объективе: Николай Сидоров
Несколько небольших зарисовок из жизни осаждённого Луганска. Советую прочитать.
1-й «осколок» – «ГАВРОШ» из Малой Вергунки

Жаркий июльский полдень. На остановке возле СШ№39 пилю на дрова срубленное снарядом дерево. Гружу на свою инвалидную коляску. Время от времени отдыхаю, опираясь на костыль. Курить хочется… И тут, прям как в сказке, тормозит рядом велосипедист. Худенький паренек лет двенадцати черный от загара и пыли. Достает пачку дамских, тонких как спички сигарет и протягивает мне две штуки:
– Вы когда-то мне для отца сигарету дали. Возьмите.
– Откуда?
– Аж на квартал Мирный мотался. Дорогие, гадство. 50 гривень за пачку. Но отец на блокпосту без курева мается.
Я содрогнулся. От поселка Малая Вергунка до квартала Мирный и обратно – почти марафонская дистанция. Под обстрелами. На следующий день взял в горисполкоме сводку за эти сутки. День относительно спокойный. Несколько сгоревших домов и машин. Два десятка обезвреженных МЧСниками неразорвавшихся боеприпасов. 5 убитых и 15 раненых мирных жителей.
– Спасибо за сигареты. Как зовут-то тебя…(вертевшееся на языке «малец», при взгляде в его взрослые на детском лице глаза, так и не произнеслось)…парень?
– Гаврошем зови.
А я до войны искренне считал, что молодежь классическую литературу не читает.

2-й «осколок» – Глоток воды
Лично этого не видел. Жена рассказала. Посреди дороги, на разбитых гусеницами танков асфальте, стоит на четвереньках пожилой мужчина и пытается руками рыть.
– Она где-то здесь. Ее закопали. Вода…
Подошедших прохожих, которые пытаются его поднять, мужчина называет женским именем отчеством известной в городе врача-психиатра. Из разрушенного прямым попаданием снаряда месяц назад областного психонервологического диспансера.
* * *
Люди с бидонами и пластиковыми бутылками. Очереди у машин с водой. Очереди у колонок и артезианских скважин. Очереди у подвалов многоэтажек, где из пробитых при обстрелах труб течет вода. Разговоры в очередях. Разные. Одна женщина вдруг начинает истерично голосить.
– Что случилось? Убили кого из близких?
– Да нет. Я ведь за кабельное телевидение не могу заплатить. Почты-то закрыты. Теперь отключат кабельное…
Гомерический хохот заглушает ее слова. Несколько человек катаются по земле, бросив пластиковые бутылки и держась руками за животы. В городе который месяц нет электричества. Какое кабельное телевидение? Тем более, что эти кабели, провода низковольтных и высоковольтных линий валяются под ногами вперемешку с битым кирпичом, шифером и осколками снарядов и мин.
* * *
Война сходит с ума и люди сходят с ума. В соседнем доме с самого рассвета стучит молоток и раздаются крепкие слова, когда молоток попадает не по гвоздю, а по пальцам. Сосед-пенсионер мастерит себе… гроб.
– Не хочу, чтобы в пластиковом мешке хоронили. Сделаю гроб и в нем буду спать. Как дневной вампир.
В его огороде упавшей на нашей меже и неразорвавшейся миной повредило артезианскую скважину. Вода течет просто так. Соседям не дает. Хотел продавать, но уже знает, что одного такого «продавца» избили ополченцы. Ехали мимо. Увидели плачущую женщину в очереди в частный дом. Оказалось, хозяин брал по гривне за литр. А у этой, плачущей, денег и на одну банку не хватало. Остановились. Вникли в ситуацию. Отходили водного бизнесмена прикладами. Очереди у его дома теперь почти нет. Но тех, кто приходит, строго предупреждает:
– Если подъедут ополченцы, говорите, что вода бесплатная. Я ведь по-божески теперь беру. По гривне с человека. А сколько у кого банок и бидонов – не смотрю.
Война сдирает с людей шелуху. Остается суть. У кого душа, а у кого и душонка. Сам за артезианской на соседнюю улицу хожу. К Раюшкиным. У их артезианской скважины всегда очередь, но вода бесплатно.
* * *
3-й «осколок» – Пушкин и Леся Украинка
Из города уехало, по разным подсчетам от ста до двухсот тысяч жителей. Каждый четвертый. Или третий. Кто сейчас скажет наверняка? А те, кто не смог. Или, не захотел. Или некуда. Новый градоначальник Манолис Васильевич Пилавов мог бы уехать. Остался.
– Я уже один раз уезжал. Из Грузии. Родители не захотели. Потом ездил их хоронить. Не хочу, чтобы моим детям пришлось так. Они родились и выросли в Луганске. Их Родина здесь. А работа… кто-то же должен ее делать.
… Дежурный в приемной городского головы в очередной раз поднимает трубку:
– Да? Рожали дома? «Скорая» под обстрелом не смогла доехать? Какая помощь нужна от нас? Свидетельство о рождении. Так. ЗАГСы сейчас не работают, вы знаете. Пусть муж, или кто сможет, придет в горисполком. Дадим временную справку с печатью. Как сына назвать решили? Красивое имя. Поздравляю. Держитесь.
…Снова звонит телефон. Жизнь продолжается.
* * *
В горисполкоме обеденный перерыв. Какая-то чиновница, хорошо поставленным голосом поет народные песни. Арии из опер. Пришедшие к городской власти за помощью люди прислушиваются. Пусть на мгновение, но светлеют лица. Губы трогают улыбки. Еще при наших отцах и дедах пели все. На свадьбах и днях рождения. Да просто на улицах. Магнитофоны убили эту традицию. Ясно же, что Кобзон, или Ротару поют лучше сантехника или даже городской чиновницы. Война, оставив город без электричества, убила магнитофоны. И старая традиция возрождается. Людям нужна отдушина. Что-то для души. Даже на войне.
На квартале Сазонова, мой коллега, Саша Гречаник, собрал на лавочках соседок-пенсионерок и читает им стихи Пушкина. Часами. На память. По образованию Александр – учитель русского языка и литературы. Много лет проработал на украинском радио. С Пушкина переходит на Кобзаря и Лесю Украинку. Мова, как и русский язык, не вызывают отторжения. Хорошее ведь можно слушать на любом языке.
Так за что мы тогда стреляем друг в друга? В первые годы украинской Нэзалэжности из Киева пришло указание. Во все музеях Луганской области перевести надписи к экспонатам на дэржавну мову. В городском музее Ровенек, в экспозиции о Великой Отечественной войне было фото 1942-го года. Экипаж бронепоезда «За Родину», построенного на Луганском паровозостроительном заводе и укомплектованный луганчанами. Музейные работники – люди грамотные. Прекрасно знали, что названия кораблей, бронепоездов и т.д. не переводятся. А само слово «бронепоезд» по-украински будет «панцерний потяг», или «потяг-панцерник». Но из Киевского министерства культуры ехала грозная комиссия. Приехала… И потеряла дар речи перед надписью под снимком из прошлого века: «Екiпаж бронепiзда «За Батькiвщину».
Тогда, над этой историей, рассказанной автором этих строк в киевской газете «Независимость» (бывш «Комсомольское знамя«), одинаково хохотали в Луганске и Львове, Киеве и Полтаве, Донецке, Харькове и Тернополе. Сегодня наши дети стреляют друг в друга.

4-й «осколок» – Бесплатный автобус
Бесплатный автобус по улицам мчит. Верша по осколкам круженье. Чтоб всех подобрать… Бесплатные зеленые автобусы, пущенные в эти нелегкие дни городской властью, еще ждут своего Булата Окуджаву. Но для людей, у которых уже нет денег, эти автобусы – единственная возможность узнать, что родственники и друзья из другой части города еще живы после очередного артиллерийского, минометного, ракетного обстрела или бомбежки.
…Сегодня на бесплатный «133-й» не успел. Еду в маршрутке с таким же номером. Водитель рассказывает:
– У нас, в подъезде девятиэтажки два человека осталось. Я и один алкаш с четвертого этажа. Соседи с шестого, они до войны самогон гнали почти в промышленных масштабах, когда уезжали этому чудику агрегат и все запасы оставили. Так он теперь неделями не просыхает. А вчера стучит ко мне. Рожа опухшая:
– А почему салюты прекратились? Праздники кончились? А на день города салют будет?
– Блин. Кому война, а кому…
5-й «осколок» – Два осколка без кавычек
Эти заметки пишу от руки, сидя на лавочке. Листки бумаги, чтобы ветер не унес, придавливаю двумя осколками от 82мм мин. Один из них в июле прилетел ко мне в правую ногу. А второй подобрал на днях в районе областной библиотеки им. Горького в сквере Дружбы народов. На территории бывшего Гусиновского кладбища. Именно там, где был похоронен первый городской голова Луганска Холодилин. Человек, который два века назад очень много сделал для моего города. Наверное, в первой фразе журналист все-таки ошибся. Луганск. Луганчане. Вместе в горе и в радости. И даже смерть не разлучит нас.

ИСТОЧНИК

Tags:




Comments

( 8 comments — Leave a comment )
dimikus
Sep. 19th, 2014 08:36 pm (UTC)
Жестко...
morfing
Sep. 19th, 2014 10:07 pm (UTC)
спасибо
izgar1
Sep. 20th, 2014 04:48 am (UTC)
Спасибо брат
Пока живет в народе Душа, народ будет жить, не смотря на любые беды и невзгоды. Ни один враг не будет сильнее его, ни кому не одержать верх над Народом.
жизнеспособность нации определяется не железом, но готовностью к смерти .
fromnorthcyprus
Sep. 20th, 2014 04:48 am (UTC)
Суровая правда жизни...
sergo_volkov
Sep. 20th, 2014 05:34 am (UTC)
"Сегодня наши дети стреляют друг в друга."

Причем одни из них - приехали стрелять, в то время как другие оставались на своей земле.
viva5a
Sep. 20th, 2014 06:43 am (UTC)
понравилось +1
pia986
Sep. 20th, 2014 10:04 pm (UTC)
До дрожжи. Напоминает записки из Блокадного Ленинграда. Только к сожалению, это 21 век.
karmit
Sep. 21st, 2014 12:07 pm (UTC)
Спасибо! Пусть скорее наступит мирная жизнь.
( 8 comments — Leave a comment )

Latest Month

October 2017
S M T W T F S
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031    

Profile

gold_manaa
gold_manaa

Tags

Powered by LiveJournal.com